БАГАЦ обязал экс-сотрудников ШАБАКа раскрыть Зини их имена — список у него

Глава ШАБАКа Давид Зини получил полный список имён бывших сотрудников службы, подававших петиции против его назначения, — около 189 человек. Среди заявителей фигурировали бывшие главы службы Надав Аргаман, Ами Айлон и Карми Гилон, а также десятки бывших сотрудников и руководителей. Передаче списка предшествовало распоряжение судейской коллегии, потребовавшей раскрыть имена Зини в течение недели.

Сам спор о назначении к этому моменту уже был проигран заявителями: БАГАЦ отклонил петиции, и Зини вступил в должность. Однако конфликт не закончился, а сместился в процедурную плоскость — обязан ли анонимный заявитель раскрываться тому, против кого он выступал. Именно этим объясняется упорство обеих сторон: для Зини это вопрос права ответчика знать своих обвинителей, для экс-сотрудников — вопрос защиты идентичности людей, сохраняющих связь со службой и её секретами.

В решении от декабря 2025 года Верховный суд указал, что заявители не назвали правового основания, позволяющего скрывать их личности от ответчика с соответствующим допуском к секретной информации. «Обращение в этот суд — не петиция, которую можно подписать анонимно, выдвигая серьёзные обвинения против других, не неся последствий», — отмечалось тогда. Речь шла только о передаче имён самому Зини: для широкой публики список оставался запрещённым к публикации.

Дальше началась затяжная перепалка. Список, полученный через секретариат суда, содержал значительную часть имён лишь в виде инициалов. Адвокат Зини Яаков Карем потребовал полные данные, а после отказа обратился с заявлением о неуважении к суду. Представитель заявителей Итан Пелег возражал, что прежнее решение не содержало прямого предписания передать Зини все имена, — суд сознательно не стал разбирать это толкование и вместо этого вынес новое, однозначное распоряжение.

Коллегия в составе председателя Верховного суда Ицхака Амита, его заместителя Ноама Сольберга и судьи Давида Минца постановила передать Зини полные имена в недельный срок, при этом подчеркнула, что не решает, обязывали ли его прежние решения. Показательно, что в ходе закрытого обсуждения, протокол которого позже опубликовали, Амит просил главу ШАБАКа ещё раз взвесить своё требование: «Не факт, что это идёт ему на пользу». Зини, через адвоката Охада Шалема настаивавший на исполнении решения суда, от требования не отказался — и, судя по сообщениям, в итоге список получил.

Критики этой линии, среди которых юрист Эяль Басаргелик, указывают на необычность ситуации: председатель суда лично рекомендовал стороне не пользоваться своим процессуальным правом, а вопрос о неуважении к суду так и остался без ответа, хотя прежнее решение фактически игнорировали. Сторонники осторожного подхода, в свою очередь, ссылаются на специфику ШАБАКа: бывшие сотрудники, даже уйдя из службы, продолжают взаимодействовать с ней, и их открытая идентификация может иметь последствия за пределами зала суда.

Осторожный вывод для читателя: эпизод вряд ли изменит состав руководства службы, но он задаёт прецедентное правило — анонимность в БАГАЦе не абсолютна, особенно когда заявители оспаривают назначение самого ответчика. Что Зини намерен делать с полученным списком, источники не сообщают; возможно, никакого практического продолжения не будет, и весь конфликт останется в истории как затянувшийся процедурный спор после уже завершившегося дела.