Либерман о компромиссах по призыву: «Я не отказался от принципа» и послание Эйзенкоту

Председатель «Исраэль бейтену» Авигдор Либерман в воскресенье днём впервые отреагировал на волну критики, обрушившуюся на него после пятничного заявления. Тогда он написал, что для формирования правительства придётся «гибче подходить и идти на компромиссы» по целому ряду вопросов, включая закон о призыве, — и тем самым фактически снял действовавший годами бойкот ультраортодоксальных партий.

В новой публикации Либерман открыл текст с формулы: «Готовность к компромиссу не означает отказа от ценностей и принципов». По его словам, критики «всегда заняты приписыванием злонамеренных мотивов и изобретением конспирологических теорий», независимо от того, что он говорит и делает. Резкость этого пассажа показывает, что спор идёт уже не только о содержании будущего закона о призыве, но и о доверии к самому развороту его коалиционной тактики — а именно это разворот определяет, есть ли вообще шанс на правительство без Нетаньяху.

Свою позицию по существу Либерман обозначил так: «Я по-прежнему считаю правильной моделью закон о призыве для всех». При этом он сослался на законопроект, который продвигал в 2018 году, будучи министром обороны, — по его словам, текст был подготовлен армией и оборонным ведомством. «Понятно, что после событий 7 октября и этот закон требует изменений и корректировок, но он по-прежнему остаётся достойной основой для выработки договорённостей», — написал он. Он также напомнил о более поздних вариантах, включая отчёт Шкеди и законопроект прежней коалиции.

Для самого Либермана этот акцент принципиален: противодействие требованиям ультраортодоксов по призыву долго было одной из самых узнаваемых его позиций, и теперь ему приходится одновременно сохранять этот образ и демонстрировать гибкость, без которой коалиция перемены власти не собрать. Совместимы ли эти две задачи — станет ясно, когда появятся конкретные условия возможной сделки.

Одновременно лидер «Исраэль бейтену» провёл чёткую красную линию: он не поддержит правительство меньшинства, зависящее от РААМ и «Объединённого списка». «Хочу объяснить однозначно — этого не будет. Я не дам руки созданию такого правительства, которое, по моему убеждению, навредит безопасности и вернёт Нетаньяху к власти», — заявил он. Критикам его переговоров с ультраортодоксами он адресовал жёсткий упрёк: тот, кто нападает на эти попытки, «относится к тем, кто предпочитает правительство, опирающееся на РАМ и Объединённый список», депутаты которых, по его словам, часть публично отождествляют себя с ХАМАС.

Отдельный сигнал был адресован Гади Эйзенкоту, которому вечером президент официально вручит мандат на формирование правительства. «Я не действую из личных амбиций стать премьер-министром любой ценой. Для меня это опция, но не одержимость», — написал Либерман, добавив, что с 2019 года «получал бесчисленные заманчивые предложения с другой стороны», но не занимается политическими трюками и «не пытается никому помешать». Осторожный вывод: это попытка заранее снять вопрос о его личных мотивах, который неизбежно возникнет в блоке на этапе распределения ролей.

Показательна и реакция другой стороны. В «Иехадут ха-Тора» на пятничное заявление ответили иронично: «Рад обнаружить гибкость всех политических игроков по вопросу призыва. Больно думать, сколько подстрекательства и братоненависти можно было бы сэкономить, прояви они эту гибкость в последние годы». В партии добавили, что «рады любой протянутой руке». Эйзенкот же, не называя имён, предупредил: «Кто попытается тормозить и сорвать создание правительства из личных соображений — войдёт в историю как не поднявшийся до масштаба часа», и это «не будет прощено».

Ближайший тест — не сама декларация о компромиссе, а её наполнение в переговорах, которые ускорит передача мандата Эйзенкоту. Пока Либерман обозначил скорее границы: призыв для всех остаётся заявленным принципом, договорённость с ультраортодоксами допускается на базе старых формул, а правительство с опорой на арабские партии исключено. Для избирателей это важно тем, что именно здесь решится, станет ли возможной альтернативная коалиция или страна снова пойдёт к выборам.