Матан Кахана — кандидат в спикеры: блок перемен распределяет посты, Эйзенкот ведёт переговоры

Кнессет 26-го созыва открылся в торжественной церемонии с участием президента Ицхака Герцога, спикера Амира Оханы и премьер-министра Биньямина Нетаньяху. Из 120 депутатов 62 переизбрались, 12 возвращаются после перерыва и 46 входят в парламент впервые. Первым же делом блок перемен готовит атаку на Охану: партии блока планируют подать заявку о его замене с 61 подписью депутатов — после этого Охана обязан собрать пленарное заседание в течение семи дней.

Кандидатура Матана Каханы на пост спикера была согласована главами партий блока на период мандата на формирование правительства. Лиран Абишар Бен-Хорин прочат пост главы финансовой комиссии. После получения мандата партия «Еш Атід» возглавит комиссию по регламенту через депутата Рои Фолькмана — она будет определять структуру работы Кнессета и комитетов на ближайшее время, включая создание комиссий по иностранным делам и обороне и финансовой, которые работают даже в период переходного правительства.

Разделение ключевых постов ещё до формирования кабинета — это одновременно и демонстрация парламентского большинства, и проверка прочности блока. Уже на этой неделе внутри блока проявилось расхождение: Авигдор Либерман дал понять, что отмена судебной реформы не стоит в первых строчках приоритетов блока, что показывает — у его участников разные планы на следующий этап.

В распоряжении Эйзенкота, пообещавшего в резиденции президента собрать правительство за 28 дней, остаются только неудобные варианты, каждый из которых противоречит одному из трёх предвыборных обязательств блока: не садиться с Нетаньяху, не садиться с ультраортодоксами и не опираться на арабские партии. Вариант правительства национального единства отпал быстро из-за взаимного недоверия. Коалиция с ультраортодоксами оценивается как слабая для Эйзенкота. Остаётся третье — правительство меньшинства при внешней поддержке, и именно его Эйзенкот считает предпочтительным.

Проблема в том, что Либерман уже отказался поддерживать правительство меньшинства. Поэтому Эйзенкот, судя по всему, играет в «цыплёнка» с собственными союзниками: рассчитывает довести дело до голосования и посмотреть, кто до последнего будет против и не станет ли кто-то голосовать против такого кабинета. Показательно, что в речи после получения мандата Эйзенкот не упомянул ни одного из партнёров по блоку — за этим стояло и раздражение тем, что его лидерство не принято безоговорочно.

Параллельно решаются и процедурные вопросы. В подготовительном заседании комиссии по регламенту спорили о формуле представительства: коалиция требовала одного члена на каждые четыре депутата, оппозиция — одного на пять; компромиссные варианты пока не приняты. Демократы тем временем заявили, что сразу после присяги внесут пакет законов, направленный на отмену «судебной реформы», а блоку ещё предстоит договориться о создании госкомиссии по расследованию — через законодательство или комиссию по надзору.

Для избирателей важно, что голосование по спикеру станет ранним тестом: если 61 подпись трансформируется в реальное голосование без дезертиров, блок покажет работоспособное большинство. Осторожный вывод: договориться о должностях проще, чем о программе кабинета, и 28 дней Эйзенкота выглядят скорее политическим ориентиром, чем жёстким сроком. Всё решит позиция Либермана и то, кто в блоке морально готов нарушить одно из трёх предвыборных обещаний.