Офер Винтер и «сгоревшие» 140 тысяч голосов: почему Ликуд давит перед выборами 2026

Израильские партии входят в финальную прямую перед подачей списков на выборы 2026 года, и одна из самых напряженных линий этих дней разворачивается вокруг Офера Винтера. В эфире радиостанции «Коль хай» политический обозреватель Шалом Иерушалми заявил, что премьер-министр Биньямин Нетаньяху ведет кампанию давления на Винтера лично и не намерен останавливаться. По его словам, после объединения Бецалеля Смотрича и Моше Фейглина «война» Ликуда сместилась на новое направление — теперь главной мишенью стал именно Винтер.

Показательно, что речь идет не о борьбе за коалиционные договоренности в привычном смысле: для Ликуда критичен сам вопрос, пройдет ли список Винтера электоральный барьер. Иерушалми оценивает потенциальные потери правого лагеря в 130–140 тысяч голосов, если партия Винтера выступит самостоятельно и останется вне Кнессета. При прогнозируемо узком разрыве между блоками такие «сгоревшие» бюллетени могут стоить нескольких мандатов — а значит, и возможности сформировать правительство.

Исторический прецедент, который в Ликуде явно держат перед глазами, — выборы апреля 2019 года. Тогда «Ха-Ямин ха-Хадаш» Нафтали Беннета получила 138 598 голосов, но не преодолела барьер и не вошла в Кнессет. Именно это сравнение Иерушалми приводит как объяснение настойчивости премьера: разница между списком, набравшим четыре мандата, и списком за бортом парламента — это разница между коалицией и оппозицией.

Винтер при этом публично транслирует жесткость. По прозвучавшим заявлениям, он обязался не входить в правительство, опирающееся на силы, которые, по его мнению, противоречат его пути: «Я не сяду и не сделаю того, что мне не нравилось, когда сделали со мной». Он также процитировал строки «Если забуду тебя, Иерусалим, пусть забудет меня десница моя», подчеркнув, что есть границы, которые он не перейдет. А по словам Иерушалми, в частных разговорах Винтер формулирует еще жестче: «Когда я атакую — я атакую», и обозреватель не верит, что тот отступит.

Давление Ликуда, впрочем, не обязательно означает, что сценарий 2019 года повторится. Иерушалми ссылается на опрос «Зман Исраэль», в котором список Винтера получает четыре мандата и проходит в Кнессет. Опросы дают лишь снимок настроений на конкретный момент, но такой результат показывает: самостоятельный поход Винтера — это риск, а не гарантированный провал. Осторожный вывод для избирателя: реальные шансы списка станут понятны лишь ближе к дню выборов, а громкие предупреждения сейчас — часть и предвыборной игры тоже.

Сам Винтер на вопрос, как он будет себя чувствовать, если его список «сожжет» около 140 тысяч голосов, ответил, по распространенной формулировке, что почувствует себя «отлично». Подобная риторика оставляет мало пространства для публичного отступления, хотя до подачи списков договоренности в израильской политике случались неоднократно и в последние дни.

Параллельно, по оценке Иерушалми, перестановки возможны и в лагере противников Нетаньяху: не исключено объединение Нафтали Беннета и Яира Лапида, в том числе с лидерством Гади Эйзенкота, если опросы покажут, что совместный список электорально выгоден. Ключевая точка разногласий — вопрос, кто возглавит такое объединение. Ясность, по его словам, ожидается к вторнику, когда партии должны принять окончательные решения.

Внутри самого Ликуда тоже идет работа над составом списка: Нетаньяху, по словам обозревателя, в этот раз погружается в детали формирования списка глубже обычного, а среди возможных «укреплений» снова всплывает имя бывшего начальника генштаба Гади Ашкенази, тогда как вариант с Моше Кахлоном отодвинулся. Для избирателей это важный сигнал: премьер явно стремится выйти на выборы с максимально широкой «командой», чтобы снизить потери голосов по всем флангам.

Ситуация с Винтером наглядно демонстрирует, как сильно израильские итоги выборов зависят от решений небольших партий и отдельных политиков. Возможно, давление Ликуда лишь укрепит его решимость идти самостоятельно; не исключено и соглашение в последний момент. Но уже сейчас 130–140 тысяч гипотетических голосов Винтера стали самостоятельным фактором кампании — и одним из чисел, за которыми будет следить вся страна в ночь выборов.