Старший советник посла США в Израиле блокировал и переписывал критические доклады о правительстве — расследование

Расследование основано на интервью с 15 американскими должностными лицами, так или иначе работавшими с Мильштейном, разговорах с девятью бывшими дипломатами, а также на десятках полученных или изученных документов — депеш, служебных записок и внутренней переписки. Собеседники говорили в основном на условиях анонимности, опасаясь последствий для себя. Многие подчёркивали, что далеко не все они противники курса Белого дома: среди опрошенных были и профессиональные чиновники, и политические назначенцы, включая убеждённых сторонников дружбы США и Израиля.

Ключевой вопрос здесь не в симпатиях или антипатиях советника, а в самой механике дипломатической отчётности: донесения посольства — это то, на основе чего Вашингтон оценивает строительство в поселениях, насилие в Иудее и Самарии и действия израильского кабинета. Если критические оценки систематически не доходили до получателей, администрации Трампа могла предъявляться неполная картина — и политические решения принимались бы уже на искажённой основе.

Первый описанный эпизод относится к концу марта, на пике войны с Ираном. Тогда Израиль тихо утвердил рекордное для одной сессии число новых поселений на Западном берегу. Сотрудники посольства увидели в этом потенциальное столкновение с одной из заявленных «красных линий» президента Дональда Трампа — его противодействием аннексии Иудеи и Самарии — и подготовили срочный доклад. По словам трёх американских источников, ознакомленных с процессом, Мильштейн не дал его отправить, и документ так и не дошёл до Белого дома.

Похожая история развернулась в апреле, когда высшие офицеры ЦАХАЛ предупредили, что насилие со стороны поселенцев на Западном берегу способно спровоцировать новую палестинскую волну. Посольство попыталось довести эти предупреждения до Вашингтона, но, по данным трёх официальных источников, Мильштейн заблокировал отправку в исходной редакции. Вместо этого из посольства ушёл депеша, где Мильштейн значится первым автором, с заголовком о том, что правительство «действует решительно против эскалации насилия на Западном берегу», и с похвалой «новым беспрецедентным инициативам» Нетаньяху.

Третий пример касается запроса членов Конгресса, требовавших отчёт о гибели девяти американцев палестинского происхождения на Западном берегу за последние четыре года. Сотрудники подготовили подробный документ; по свидетельствам многих источников, Мильштейн его остановил. Основные выводы этого доклада сводились к тому, что расследования в большинстве случаев продвигались едва ли не вхолостую, часть дел закрыта, и никто не был привлечён к ответственности. Взамен советник предлагал отправить письмо с тезисом, что Израиль должным образом разбирается в инцидентах — то есть законодатели фактически не получили запрошенную информацию.

Масштаб вмешательства, по словам источников, вышел далеко за пределы отдельных документов. Вскоре после возвращения в посольство в начале второго срока Трампа Мильштейн настоял на собственном утверждении всей исходящей переписки подразделения, занимающегося палестинскими делами. Объём донесений упал с нескольких в неделю до считанных в месяц: часть сотрудников просто перестала писать доклады, зная, что их заблокируют или перепишут. По оценке нескольких источников, степень его вмешательства существенно превышает практику любых предшественников на этой роли.

Отдельные детали показывают и характер редактуры. Когда в феврале правительство облегчило израильтянам приобретение земли на Западном берегу, Мильштейн, по данным двух источников, представил решение в дискуссиях посольства как внутреннее дело с малой внешней значимостью; в ушедшей в Вашингтон версии говорилось, что политика отвечает «гуманитарным потребностям» поселенцев — без расшифровки, каких именно. Летом 2025 года, по данным расследования, был существенно переписан и депеша о раздаче помощи в Газе: дипломаты предупреждали после гибели десятков палестинцев у пунктов распределения GHF, что механизм хаотичен и смертоносен, но в отредактированной версии деятельность была представлена как успех.

Неясным остаётся и вопрос о роли самого посла Майка Хакаби: формально он должен утверждать большинство значимых решений и донесений Мильштейна, но источники утверждают, что советник порой действует самостоятельно; в одних случаях Хакаби, по их словам, сотрудничал с ним, скрывая или переформатируя информацию, в других — считал, что советник заходит слишком далеко, и его останавливал. И посол, и советник отказались от интервью. Отметим, что расследование опирается на свидетельства и внутренние материалы, а изложенные в нём утверждения пока не равнозначны официально установленным нарушениям.

Осторожный вывод из этой истории для израильского читателя: если критические донесления действительно смягчались или не доходили до адресатов, это могло создавать буфер между действиями правительства Нетаньяху и возможной жёсткой реакцией администрации Трампа. Но такой буфер — средство отложенного действия: разногласия при этом не исчезают, а просто не попадают на стол к тем, кто принимает решения. Останется ли публикация разовых всплеском или повлечёт официальную проверку в Вашингтоне, пока сказать нельзя — но доверие к основному дипломатическому каналу между Иерусалимом и Вашингтоном она, судя по реакции бывших дипломатов, уже задела.