Тысячи прочли «Халель» на месте фестиваля «Нова» вопреки возражениям ККЛ

Молитва состоялась 2 октября 2026 года, 21 тишрея 5787 года, на территории, где 7 октября 2023 года произошёл массовый расстрел участников фестиваля. Среди собравшихся — семьи погибших, раненые и уцелевшие участники вечеринки. Чтение «Халеля» возглавили рав Шмуэль Элияху и его сын, министр Амихай Элияху.

Важный нюанс, который легко упустить: обращение ККЛ касалось праздничных гуляний Симхат Тора — танцев, ночёвок и застолий в лесу Реим, — а не молитвы как таковой. Поэтому состоявшееся в Хошана Раба собрание, заявленное как поминовение убитых и молитва за народ Израиля, формально не совпадает с тем форматом, против которого возражала организация. Границы её возражений в доступных сообщениях остаются не до конца очерченными.

На молитве присутствовали Рами Давидян, спасавший молодых людей во время резни, рав Эйтан Шнерб, отец погибшей Рины Шнерб, и Элияху Либман, отец погибшего Эльякима Либмана. Пришли также Элкана Федерман, отвечавший за безопасность фестиваля, и Авишай Давид, отец вернувшегося из плена Эвьятара Давида.

Спор вокруг площадки разгорелся на фоне опыта прошлого года: тогда на Симхат Тора в лесу Реим молились, танцевали, ночевали в палатках и устраивали трапезы, и фотографии увиденного задели часть семей погибших. Председатель ККЛ Эяль Остринский заявил, что «праздновать и устраивать гуляния в месте, где произошла резня, — это поступок, недостойный ни святости места, ни иудаизма».

Директор ККЛ Илан Шохат обратился к начальнику полиции Дани Леви и командующему южным округом Хаиму Боблилю с просьбой не допускать массовых собраний, разведения огня и мангалов на территории. По его словам, любое скопление людей там в этот период «может иметь чрезвычайные общественные, охранные и эмоциональные последствия». Полиция ответила, что будет действовать в координации со всеми сторонами по оценке ситуации, а пожарная служба сообщила, что заявок на крупные мероприятия в «Нова» не получала и патрулирует лес в праздники.

У самих семей единой позиции нет. Омри Рахум, потерявший на фестивале сестру, шурина и дядю, сравнил это место для его семьи с кладбищем и Освенцимом и пожаловался, что полиция «мямлет» и не предлагает решения. Даси Авьяд, мать погибшего Авьяда ха-Леви, напротив, говорила, что каждый посетитель, останавливающийся у фотографии или памятной таблички, «греет сердце», и что эта земля свята, как синагога, — но приходить сюда следует «на цыпочках», а не превращать в кемпинг, как на стоянке у Кинерета.

Мемориал «Нова» давно стал местом паломничества, и для части семей он значит не меньше, чем кладбище. По сути, здесь сталкиваются два законных понимания одного пространства: для одних совместная молитва и память — способ жить дальше, для других любая праздничная атмосфера в месте резни недопустима. Осторожный вывод из сегодняшнего события: сам по себе религиозный ритуал памяти вызывает меньше возражений, чем гуляния, но без чётких правил, согласующих пожелания семей и права посетителей, конфликт вокруг леса Реим, вероятно, будет повторяться каждый праздник.

Следующим испытанием станет сама Симхат Тора — именно на неё было нацелено обращение ККЛ, и именно тогда станет ясно, насколько эффективно сработала координация между фондом, полицией и пожарной службой.