Нетаньяху о призыве учащихся иешив: «Лицемерие кричит до небес», — «закон уклонения» стал «законом мягкого призыва»

«Лицемерие, которое мы сейчас видим, кричит до небес», — заявил премьер-министр Биньямин Нетаньяху в распространённом заявлении. Его комментарий касаетсяterminологии вокруг одного из самых болезненных вопросов израильской политики — законодательства о призыве учащихся иешив. По словам Нетаньяху, та же самая инициатива, которую критики годами называли «законом об уклонении», внезапно получила более мягкую вывеску — «закон о мягком призыве».

Заявление появляется в момент, когда спор о призыве вновь оказался в центре общественной повестки: от его решения зависят и судьбы тысяч призывников, и устойчивость правительственной коалиции, в которой ультраортодоксальные партии — ключевые партнёры. Именно поэтому премьер не столько сообщает о новом законе, сколько заранее очерчивает рамку, в которой коалиция намерена продавать своё урегулирование избирателю.

Нетаньяху утверждает, что на протяжении четырёх лет медиа и «левый блок» вели против ультраортодоксального сектора «несдержанную атаку» — утром и вечером. Теперь, по его словам, прежние ярлыки вроде «паразиты», «уклонисты» и «разрушители государства» сменились «чистым листом». Причину этой перемены премьер видит исключительно в «жажде власти левых» и нарушении ими предвыборных обязательств.

Противопоставляя себя этой риторике, Нетаньяху описал позицию Ликуда и правого блока как последовательную: только они, по его словам, «действовали и будут действовать», чтобы урегулировать статус учащихся. Сформулированный им принцип двусторонний: каждый, кто изучает Тору в иешиве, сможет продолжать обучение по закону; каждый, кто в иешиве не учится, должен быть призван в ЦАХАЛ.

Отдельная оговорка касается характера самой службы. Премьер подчеркнул, что она должна позволять призывнику из ультраортодоксального сектора сохранять религиозный образ жизни, выразив это формулой «войдёт хареди — выйдет хареди». Пообещав продолжать работу «в согласии и сотрудничестве с лидерами и избранными представителями ультраортодоксального сектора», он представил это как «настоящее решение» в противовес тому, что назвал «инженерией сознания» оппонентов.

Для читателя здесь важно различить уровни: заявление Нетаньяху — это политическая декларация, а не сообщение о принятом законе или новых законодательных шагах. Конкретных публикаций или людей, «переименовавших» закон, премьер не называет, и спор идёт прежде всего о терминах и общественном восприятии.

Осторожный вывод из этого выступления такой: Нетаньяху пытается одновременно защитить право учащихся иешив продолжать обучение — то есть удержать коалиционных партнёров — и подтвердить принцип всеобщего призыва для тех, кто не учится. Именно на стыке этих двух обещаний и пройдёт проверка любого будущего текста закона: насколько формулировка «не учится — призывается» будет реализована на практике, из самого заявления не следует.

Спор о призыве останется одним из центральных и на пути к выборам 2026: от него зависят и коалиционная арифметика, и настроения избирателей по обе стороны спора, и отношения между светской и ультраортодоксальной частью общества. Следующим индикатором станет не риторика, а конкретный текст урегулирования, который премьер обещает «завершить» вместе с ультраортодоксальными партиями.