Явка 66,7% к 18:00 — рекорд с 1973 года; комиссия отказалась продлевать голосование

Рекордная явка складывалась из нескольких потоков, и один из них обычно остается за кадром сухих цифр: только за день выборов и накануне в аэропорт Бен-Гурион приземлялись самолеты с израильтянами, прилетевшими специально ради бюллетеня. По разным оценкам, речь идет о 65–75 тысячах человек — по подсчету проекта Fly&Vote, продвигающего участие граждан из-за рубежа, около 67 тысяч, что соответствует примерно полутора мандатам. Для читателя это наглядное объяснение того, почему очереди тянулись уже с раннего утра, а не только в вечерние часы.

Активность была заметна с самого открытия. Более 95% участков заработали вовремя, и в Раанане и Ришон ле-Ционе очереди выстроились вскоре после семи утра. Избирательница в Раанане признавалась, что никогда не видела такой очереди в столь ранний час. В ЦАХАЛ к 17:00 сообщили о явке около 68% военнослужащих.

К 18:00 через урны прошли более четырех миллионов избирателей, и показатель 66,7% оказался на 9% выше, чем в тот же час на прошлых выборах. Именно очереди и рекордная активность стали формальным поводом для обращений: «Ликуд», ШАС, «Оцма иехудит» и партия «Имеху Исраэль» попросили продлить время голосования. Президиум комиссии под председательством судьи Ноама Солберга решил вечером, что оснований для этого нет — в том числе потому, что высокая явка зафиксирована во всех секторах. Каждому, кто оказался в очереди до закрытия, гарантировали право проголосовать; лишь в Хевроне участок продлили до 22:00 из-за перебоев с электричеством.

Параллельно комиссия разъяснила порядок подсчета: бюллетени с мелкими дефектами — пятнами, крошечными отверстиями, погрешностями печати — не будут признаваться недействительными, если выбор избирателя очевиден. Отсекаться будут только листки, по которым потенциально можно опознать самого голосующего.

Масштаб возвращения из-за границы подчеркивают цифры Центрального статистического бюро: за рубежом постоянно живут около 810 тысяч израильтян с правом голоса, а законодательство практически не оставляет им способа проголосовать иначе, чем лично приехав в страну. Отсюда и истории дня: 22-летняя Ариэль Бар-Йосеф прервала путешествие по Азии и летела из Индии 18 часов тремя рейсами; жительница Бухареста прилетела утром на несколько часов, чтобы проголосовать и вернуться тем же днем; пара из Мевасерет Цион заплатила по 800 шекелей за перенос билета, чтобы успеть к выборам. Были и обратные решения — например, молодожены из Хайфы, ранее отложившие медовый месяц из-за войны с Ираном, все же улетели в Юго-Восточную Азию и выразили надежду, что к возвращению в стране будет правительство.

Осторожный вывод из этого дня: усилия, на которые шли люди ради одного бюллетеня, сами по себе не решают исход выборов, но отражают степень вовлеченности, которая и дала исторический процент. Демократы тем временем сообщали о словесном нападении на заместителя главы муниципалитета Бат-Яма Кати Пяцеской во время мобилизации избирателей и обвинили премьер-министра в разжигании — комиссия подобные претензии в течение дня не оценивала.

Влияние на результат окажется растянутым во времени. По оценкам комиссии, около 600–650 тысяч избирателей голосовали по двойным конвертам — военнослужащие, эвакуированные, больные и те самые вернувшиеся из-за границы. Это порядка 15 мандатов, которые распределят только после подсчета конвертов; полностью все голоса рассчитывают пересчитать к полудню четверга. На практике это означает, что окончательная картина в Кнессете может сдвинуться уже после первых объявленных результатов — и именно конверты, а не вечерние срезы, поставят финальную точку в борьбе за формирование правительства.

Рекордная явка при отклоненной просьбе о продлении — редкое сочетание: комиссия фактически подтвердила, что участков хватило всем, кто успел вовремя. Для партий это означает, что спор о доступе к голосованию перейдет из плоскости часов работы в плоскость подсчета, где и решится, чьи конверты окажутся решающими.