Видео ШАС о солдате ЦАХАЛа вызвало скандал на фоне борьбы партии за освобождение от призыва

Видео партии ШАС о солдате ЦАХАЛа вызвало скандал именно сейчас, когда партия активно борется за сохранение освобождения от службы для учащихся ешив. Реклама показывает религиозного бойца, но критики видят в ней лицемерие: партия одновременно хвалит солдат и отстаивает право большинства своего электората не служить. Спор вышел за рамки обычной политической перепалки и превратился в очередной раунд давней дискуссии о том, кто защищает страну и кто имеет право говорить от имени защитников. Для русскоязычных израильтян, чьи дети идут в армию без вариантов, эта история выглядит особенно болезненно.

Этот сюжет не новый, и удивляться ему странно. Партии религиозного сектора всегда играли на двух полях: с одной стороны, поддерживали тех немногих, кто из их среды всё-таки идёт служить, с другой — отстаивали систему отсрочек для основной массы избирателей. Видео ШАС — не провокация и не неожиданность, а технология: показать, что мы тоже за армию, но при этом не отказываться от главного политического требования. Скандал вокруг ролика предсказуем, как субботний шум под окнами, и возникает он ровно потому, что все стороны прекрасно понимают двойное послание.

Механика здесь отработана десятилетиями. Религиозные партии никогда не выступали против армии как института — они выступают за особый статус изучающих Тору. Видео с солдатом в кипе — это способ сказать светскому большинству: мы не против службы, мы за то, чтобы каждый служил по-своему. Одни с оружием, другие над книгами. Что это не работает как аргумент для тех, чьи дети реально рискуют жизнью, — партии понимают, но расчёт не на убеждение, а на сохранение своего электората и позиций на торгах в коалиции. Светская публика возмущается, религиозная чувствует поддержку, всё как обычно.

Я помню девяностые, когда этот спор был для нас, только приехавших, совершенно непонятен. Мы не понимали, как в стране, где все вокруг говорят про безопасность, целые группы могут от службы уклоняться легально и с государственной поддержкой. Сын сейчас в армии, и каждый раз, когда приходит сообщение от него, я вспоминаю эти старые недоумения. Только теперь я понимаю, что это не сбой системы, а её сознательное устройство: результат политических сделок, которые заключались задолго до нашего приезда и которые мы застали как данность. Видео ШАС раздражает не потому, что оно ложь, а потому что оно правда — но правда половинчатая, и все это знают.

История повторяется, потому что система не меняется. Каждый политический цикл приносит новую версию того же спора: кто-то требует равенства в призыве, кто-то защищает статус-кво, партии снимают ролики, депутаты обмениваются обвинениями, а на выходе всё остаётся на месте. Видео ШАС — это не причина скандала, а повод вспомнить, что вопрос не решён и решаться в обозримом будущем не будет. Коалиционная арифметика сильнее общественного возмущения, и религиозные партии это знают. Поэтому они могут позволить себе одновременно и хвалить солдат, и отстаивать отсрочки — потому что цена их голосов в Кнессете выше цены публичного недовольства.

Для нас, приехавших, этот сюжет болезненный вдвойне. Наши дети служат без вариантов — ни связей, ни лазеек, ни особого статуса. Мы не часть системы, которая эти исключения создавала, но мы часть общества, которое с ними живёт. И видео ШАС — это напоминание, что при всей интеграции, при всём иврите и israeli identity наших детей, мы остаёмся в стороне от главных политических торгов. Мы голосуем, платим налоги, наши дети рискуют, но решения о том, кто служит, а кто нет, принимаются без нас и до нас.

Скандал вокруг ролика пройдёт, как проходили все предыдущие. Видео уберут или оставят, партия выпустит разъяснение или проигнорирует критику, депутаты поспорят в эфирах и разойдутся. А система освобождений останется, потому что она вшита в политическое устройство страны глубже, чем любая рекламная кампания. Это и есть ответ на вопрос, как мы сюда пришли: не черезlogику справедливости, а через арифметику коалиций. И пока арифметика не изменится, видео будут сниматься, скандалы повторяться, а вопрос оставаться открытым.

Аркадий Бергман