Бой у «Чёрной стрелы»: реконструкция сражения за трассу 232, которая остановила прорыв террористов

В 6:29 утра 7 октября, сразу после прорыва пограничного заграждения, десятки боевиков «Нухбы» направились к мемориалу «Чёрная стрела» у перекрёстка Мефалсим. Их задача была заранее спланирована: взять под контроль трассу 232 — главную дорогу от Сдерота к поселениям приграничья — и создать там опорную точку, откуда можно было бы двигаться на соседние кибуцы и дальше на север, вглубь страны.

Материалы следствия, которое ведёт подразделение ЛАХАВ 433, придают этому бою особый вес: по собранным данным, террористы, захватившие участок у «Чёрной стрелы», были именно той группой, которой ставилась цель дойти до стратегических объектов центра страны. У мемориала, по этим данным, было остановлено порядка пятидесяти пикапов с хорошо вооружёнными боевиками. Иными словами, бой за один участок дороги фактически определил, докуда дойдёт атака.

На повороте Мефалсим террористы устроили засаду. Под огонь попали сотни людей, бежавших с фестиваля «Нова»: по обочинам трассы остались сгоревшие машины и тела. Боевики прибывали волнами, на мотоциклах и пикапах с боеприпасами, просочившись через несколько проломов в заграждении, и обстреливали любой проезжавший автомобиль.

Пока засада держалась, подкрепления не могли пробиться на юг, а спасательные службы — добраться до пострадавших. В записях переговоров слышно, как у командиров на месте постепенно складывается понимание: открытие трассы 232 — критическое условие для продвижения сил вглубь приграничья. Отсюда осторожный вывод для читателя: исход первых часов решался не только в постах и кибуцах, но и на узких участках дорог между очагами нападения.

Реконструкция сохранила голоса первых часов: майора Шило Хар-Эвена и старшего сержанта Роя Барката. Хар-Эвен погиб вместе с 16 из 40 бойцов своего поста; рядом продолжали передавать доклады наблюдательницы штаба, среди них сержант Яэль Лейбович. В тех же боях погибли заместитель командира оперативного подразделения ШАБАКа Йоси Тахар и командир роты Нахаль майор Таль Грушка. В сражениях у «Чёрной стрелы» полегли также шесть бойцов ЯМАМа.

Один из командиров «Гидеоним»-33 вспоминал, что его команда, продвигаясь по трассе, видела дорогу, заполненную телами и сгоревшими машинами, а затем обнаружила боевиков среди эвкалиптов у мемориала. В какой-то момент четверо бойцов вели бой против десятков террористов; запросы авиаподдержки оставались без ответа, двое бойцов получили тяжёлые ранения. Командир ЯМАМа рассказывал, что подразделение выдвигалось в расчете на дежурство, а не на бой, и первые часы прошли в состоянии полной неожиданности — при этом параллельно его силы задействовали в трёх зонах с заложниками: в Сдероте, Офакиме и Беэри.

К середине дня картина изменилась: армейские части, ШАБАК, бронетанковые силы и отряды китове перешли от сдерживания к атаке, ликвидировали десятки боевиков — в том числе группы, пытавшиеся вернуться в сектор, — разобрали засаду и вернули контроль над трассой. Дорога вновь открылась для движения сил безопасности и эвакуации.

Опубликованные материалы не закрывают вопросов, которые остаются предметом общественной дискуссии о провалах того утра; комментарии читателей в сетях показывают, насколько болезненно воспринимаются эти реконструкции. Но сама хронология показывает и другое: там, где в первые часы действовали пусть малочисленные, но организованные силы, продвижение террористов останавливалось. ЛАХАВ 433 тем временем продолжает собирать доказательства и формировать дела против захваченных боевиков «Нухбы», и обнародованные записи станут частью этой доказательной базы.