Выборы 2026 · Спецпроект Svodka24

Русскоязычный избиратель — 2026: не «сектор», а рынок решающего меньшинства

Большое расследование о выборах в Израиле, кандидатах, поколениях алии, расколе голосов и будущем «русской партии»

Автор: Олег Раскин · Опубликовано: 5 августа 2026, 10:00 · Таблица опросов обновлена: 04.08.2026

Срез информации: 4 августа 2026 года. Объём: около 6000 слов.

Выборы в Кнессет 26-го созыва назначены на 27 октября 2026 года — решение Центральной избирательной комиссии, Кнессет распущен 17 июля. Окончательные списки кандидатов закрываются 7 сентября: по закону крайний срок — 47-й день до выборов, то есть 10 сентября, но комиссия Кнессета по конституции, праву и правосудию перенесла его на три дня раньше. Часть изданий до сих пор публикует старую дату — это стоит учитывать.

Поэтому в этой статье четко разделены три категории: уже утвержденные кандидаты, публично объявленные новички и политики, чье место еще зависит от праймериз, партийных органов или будущих объединений. Электоральный барьер — 3,25%, что равно четырём мандатам.

Как проводилось это расследование

В основу материала положены последние общенациональные опросы «Кешет-12»/Midgam, КАН/Kantar, «Маарива»/Lazar Research, «Решет-13»/ХаМадад, i24NEWS/Direct Polls, 14-го канала/Next Data и «Зман Исраэль»/Татика; июльский опрос русскоязычной аудитории Newsru.co.il; исследование выходцев из бывшего СССР Израильского института демократии; данные Центрального статистического бюро; официальные сайты партий и Кнессета; а также публикации израильских СМИ о наборе кандидатов.

Здесь необходима методологическая осторожность, и она серьёзнее, чем обычно принято оговаривать.

Общенациональный опрос отвечает на вопрос, как распределяются голоса всех израильтян, но обычно не даёт надёжной детальной выборки по русскоязычным.

Опрос Newsru.co.il даёт редкую глубину именно по русскоязычной аудитории, однако не является репрезентативным социологическим исследованием. Издание формулирует это прямо:

«Данный опрос нельзя считать строгим социологическим исследованием. Речь идет о голосовании аудитории одного конкретного сайта. Однако наш более чем 20-летний опыт проведения подобных опросов позволяет говорить о том, что их результаты показательны.»

Мы читаем его результаты не как прогноз числа мандатов, а как рентген политически активной части русскоязычного общества — той, что читает новости по-русски и готова тратить время на 34 вопроса.

Исследование Израильского института демократии надёжнее для описания поколений и ценностей, но и здесь есть три ограничения, которые нужно назвать вслух.

Во-первых, полевой этап первой волны проходил с 22 августа по 2 октября 2023 года — то есть целиком до 7 октября. Это снимок довоенных установок. Во второй, сокращённой волне (июнь 2024) участвовали 427 ветеранов алии, 98 репатриантов 2014–2023 годов и 104 представителя второго поколения; максимальная ошибка — ±3,9%. В первой волне были опрошены 796 репатриантов первого поколения и 184 представителя второго, на русском и иврите; максимальная ошибка для всей выборки — ±3,1%.

Во-вторых — и это важнее — институт предупреждает не просто о «трудностях охвата». Методологическая заметка гласит: получить надёжную выборку репатриантов последнего десятилетия обычными способами очень трудно, поэтому опрос среди них проводился через социальные сети, репрезентативную выборку таким путём создать невозможно, и к данным по когорте 2014–2023 годов следует относиться с осторожностью. Это значит, что все приводимые ниже цифры по новым репатриантам — 12% сторонников сильного лидера, 80,5% противников судебной реформы, соотношение правых и левых — опираются на самоотбирающуюся выборку и не покрываются заявленной погрешностью ±3,1%.

В-третьих, «второе поколение» в этом исследовании — не все взрослые дети репатриантов, а родившиеся в Израиле в возрасте 18–34 лет, у которых хотя бы один родитель приехал из бывшего СССР.

Иными словами, ни один источник не даёт «идеальной фотографии». Зато сопоставление источников позволяет увидеть устойчивые линии: русскоязычные избиратели в среднем светские, преимущественно правые или правоцентристские, жёсткие в вопросах безопасности, резко настроенные против неравенства в несении службы и религиозной монополии, но при этом далеко не едины в отношении Нетаниягу, судебной системы, арабских партий и желательной коалиции.

Главный вывод: «русского голоса» в единственном числе больше нет

Политики по-прежнему говорят о «русском секторе», словно перед ними одна большая семья с одинаковой биографией, одинаковой памятью о СССР и одинаковым бюллетенем. В 2026 году эта формула вводит в заблуждение. Перед нами минимум три разных электората: ветераны большой алии 1990-х; их дети, выросшие уже в Израиле; и новые репатрианты, прибывшие после 2014 года, особенно после российского вторжения в Украину в 2022-м.

Эти группы могут говорить дома на одном языке, но политически живут в разных временах. Для ветеранов важны опыт дискриминации со стороны религиозного истеблишмента, пенсии, жильё, личная безопасность, память о терактах 1990-х и 2000-х, образ сильного лидера и вопрос: кто защитит страну. Второе поколение гораздо сильнее интегрировано в израильскую партийную систему и чаще голосует как его еврейские сверстники, а не как «репатрианты». Новая алия заметно либеральнее в вопросах демократии, прав меньшинств и ограничения власти, менее склонна искать вождя и чаще колеблется между центром, либеральным правым лагерем и левым центром.

По оценке Израильского института демократии, в Израиле проживает около миллиона выходцев из бывшего СССР в возрасте 18 лет и старше; примерно 15% из них относятся ко второму поколению. Около 55% прибыли во время большой алии начала 1990-х, а около 15% — в 2014–2023 годах. На День независимости 2026 года население Израиля оценивалось Центральным статистическим бюро в 10,244 миллиона человек; с 1990 года в страну прибыли около 1,68 миллиона новых репатриантов из всех стран — 47,8% от 3,5 миллиона за всю историю государства. Это не означает, что все они русскоязычные, но показывает масштаб постсоветской алии внутри израильской демографии.

Общественный деятель Алекс Тенцер сформулировал проблему предельно точно: кто воспринимает русский сектор как единый блок, уже ошибается. В авторской колонке в Ynet от 20 июня 2026 года он писал: «На последних выборах русский голос стоил около 15 мандатов, но явка в секторе составила лишь около 61% — против среднего по стране 70,6% и против 82% у ультраортодоксов». Сегодня, по его оценке, вес сектора вырос примерно до 17 мандатов на фоне волны алии, вызванной российско-украинской войной.

Эту оценку нужно читать с ясной оговоркой. Тенцер — общественный активист, бывший председатель комитета по контролю за выполнением обещаний репатриантам, а не социолог; методологию цифры 61% он не приводит. ЦИК не публикует явку по языковым группам или странам исхода — только по участкам и населённым пунктам. Любая цифра «явки русскоязычных» — это реконструкция по данным участков в районах компактного проживания плюс допущения. Национальная явка 70,6% — официальная: 4 794 593 из 6 788 804 избирателей на выборах ноября 2022 года.

Тем не менее направление указано верно. Если потенциальный вес русскоязычного электората действительно близок к полутора десяткам мандатов, а разница между блоками колеблется в нескольких местах, изменение явки или переход даже двух-трёх «русских» мандатов между НДИ, «Ликудом», «Бэяхад» и «Яшар» способно определить, кто получит рекомендацию президента и кто первым попытается собрать 61 голос.

Но в 2026 году уже недостаточно поставить на плакат фамилию, знакомую по русскоязычному телевидению. В июльском опросе Newsru личность лидера партии назвали важным фактором 58%, безопасность — 56%, религию и государство — 53%, экономику — 50%, идеологию — 49%. Сам по себе русский язык кандидата был значительно менее важен. Иначе говоря, избирателю нужна не этническая декорация, а политический контракт.

Национальная карта: ничья наверху и пропасть между институтами опросов

На 4 августа главный сюжет общенациональных опросов — почти идеальная ничья между «Ликудом» Биньямина Нетаниягу и «Яшар» Гади Айзенкота.

Опрос Midgam, опубликованный 3 августа «Кешет-12» (выборка 503 человека, погрешность ±4,4%), дал «Ликуду» и «Яшар» по 23 мандата; «Бэяхад» Беннета и Лапида — 14, «Демократам» — 10, НДИ — 9. Блок нынешней коалиции получил 50 мест. Опрос Kantar для КАН от 2 августа также дал «Ликуду» и «Яшар» по 23, но «Бэяхад» — 13, НДИ и «Оцма Йегудит» — по 9, «Демократам» — 8; коалиционный блок — 52.

Опрос Lazar для «Маарива» от 31 июля поставил «Яшар» на первое место с 23 мандатами, «Ликуд» — на второе с 22, «Бэяхад» — 15, НДИ — 10, «Демократов» — 9; у партий нынешней коалиции было только 49 мест. «Решет-13» 29 июля (институт ХаМадад) дал «Ликуду» и «Яшар» по 23, «Бэяхад» — 13, НДИ и «Демократам» — по 10 и 9. Опрос Татики для «Зман Исраэль» 30 июля оказался самым тяжёлым для правящей партии: «Яшар» 23, «Ликуд» 20, «Бэяхад» 14, блок Нетаниягу 49.

Совершенно иную реальность рисуют опросы, проводимые для правых телеканалов. В измерении Next Data для 14-го канала (29 июля, выборка 539) «Ликуд» получал 32 мандата, а блок Нетаниягу — 62. Direct Polls для i24NEWS 27 июля дали «Ликуду» 29 и блоку 59.

Разрыв между 20–23 и 32 мандатами невозможно объяснить обычной статистической погрешностью. Это эффект методики, состава панели, формулировок, учёта неопределившихся и, возможно, различной способности институтов дотянуться до групп, которые отказываются отвечать. Поэтому любой честный анализ обязан показывать не один «последний опрос», а диапазон.

Скользящие средние тоже расходятся. Индекс ХаМадад даёт «Ликуду» 23,4 против 22,7 у «Яшар» — преимущество в 0,7 мандата. Агрегатор skarim.org показывает 24 против 22. Разные агрегаторы включают разное число опросов и разные институты, поэтому и «среднее» у них разное.

Таблица не предсказывает результат 27 октября. Она показывает другое: главный ресурс кампании — не столько убеждение жёстко определившихся сторонников, сколько мобилизация слабых и неопределившихся групп. Для русскоязычных партий и кандидатов это особенно важно, поскольку социологам труднее охватить людей, потребляющих новости по-русски, не доверяющих звонкам и опросам либо недавно прибывших в страну.

Что показал самый большой свежий опрос русскоязычной аудитории

Опрос Newsru.co.il проходил 17–19 июля 2026 года. В нём приняли участие 6181 человек, ответивший на 34 вопроса; 97% заявили, что живут в Израиле и имеют право голоса. Политически это была преимущественно правая аудитория: 55% назвали себя умеренно правыми, 21% — центристами, 11% — радикально правыми и 5% — умеренно левыми; менее 1% — радикально левыми, 7% затруднились себя отнести.

Девяносто четыре процента собирались голосовать (89% голосовали и в 2022 году), однако 23% ещё не выбрали партию, а 29% не намеревались повторить свой выбор 2022 года. Уже эти цифры говорят о высокой потенциальной явке активного ядра и одновременно о значительном пространстве для перехода голосов.

Распределение предпочтений выглядело так: НДИ — 35%, «Ликуд» — 19%, «Бэяхад» — 10%, «Яшар» — 8%, «Демократы» — 4%, «Оцма Йегудит» — 3%, гипотетическая партия Юлия Эдельштейна — 3%, «Религиозный сионизм» — 2%, список Трупера и Генделя — 1%. Все остальные варианты получили менее одного процента.

Издание осторожно предположило, что при электоральном весе русскоязычных в 15–17 мандатов эта аудитория могла бы дать НДИ примерно пять-шесть мандатов, «Ликуду» — три, «Бэяхад» — два и «Яшар» — около полутора. Важно: диапазон 15–17 мандатов Newsru приводит со ссылкой на «разные оценки», не называя автора; это не цифра Тенцера и не официальная статистика. И это именно экстраполяция редакции, а не результат репрезентативного исследования — само издание отмечает, что в его опросе НДИ получает 35% против примерно 8–9% в национальных опросах.

Почему НДИ получает в этой аудитории 35%, а в национальных опросах лишь 8–10 мандатов? Простой ответ «потому что это русская партия» недостаточен. НДИ оказалась единственной партией, набравшей более 15% во всех идеологических категориях опроса: 16% среди умеренно левых, 33% среди центристов, 39% среди умеренно правых и 21% среди радикально правых. Умеренно левые чаще выбирали «Демократов» — 42%, умеренно правые — НДИ и «Ликуд» (25%), радикально правые — «Ликуд» (36%), НДИ и «Оцма Йегудит» (17%). Следовательно, сила Либермана состоит не в единстве «русских», а в способности соединить разные мотивы: светскость, безопасность, протест против Нетаниягу, неприятие ультраортодоксальных привилегий и знакомый лидер.

Ценности опрошенных выглядят почти как программный манифест светского национального центра. Семьдесят шесть процентов поддержали полное разделение религии и государства, 85% — гражданские браки, 87% — равенство прав и обязанностей всех граждан. Семьдесят восемь процентов выступили против замораживания задержаний ультраортодоксальных уклонистов, 71% — против Основного закона об изучении Торы. Одновременно безопасность осталась вторым по значимости фактором выбора, а большинство респондентов определяло себя как правых. Это сочетание и создаёт особую русскоязычную политическую формулу: жёсткость во внешней политике плюс гражданский либерализм внутри страны.

Насколько буквальным для израильского избирателя остаётся вопрос безопасности, показывает спецпроект Svodka24 «Мамад в Израиле»: по инженерному критерию Командования тыла треть населения страны живёт без стандартного защищённого помещения. Партия, которая убедительно ответит и на ракетную угрозу, и на дефицит защиты в старом жилом фонде, говорит с русскоязычным избирателем на языке его повседневности.

В борьбе за пост премьер-министра Либерман получил среди участников опроса 27%, Нетаниягу — 23%, Беннет — 11%, Айзенкот — 9%, Эдельштейн и Лапид — по 4%, Яир Голан — 2%. На вопрос, кто лучше справится с безопасностью, Либерман получил 33%, Нетаниягу — 29%, Айзенкот — 14%, Беннет — 9%. На вопрос о дороговизне жизни Либерман снова был первым с 33%, Нетаниягу получил 20%, Беннет — 14%, Айзенкот — только 5%.

Есть и важный антиперсоналистский сигнал: 55% сказали, что сменяемость власти важнее выдающихся качеств одного лидера, тогда как 33% выбрали сильного лидера. На первый взгляд это противоречит тому, что личность лидера была главным фактором выбора. На деле противоречия нет. Избиратель может голосовать за сильную фигуру именно для того, чтобы заменить другую сильную фигуру. Русскоязычный электорат 2026 года не отвергает лидерство; он всё чаще отвергает бессрочность лидерства.

Самый трудный узел — коалиция. Пятьдесят шесть процентов хотят правительство национального единства, включающее все сионистские партии. Но 64% категорически не хотят видеть в коалиции «Яадут ха-Тора», 60% — ШАС, 62% — БАЛАД, 60% — ХАДАШ–ТААЛ, 52% — РААМ. Половина не считает легитимным правительство, опирающееся на арабские партии; 32% готовы признать такую конструкцию. Семьдесят четыре процента не согласны, что без ультраортодоксов невозможно создать стабильную коалицию. Получается почти математически невозможный заказ: широкое сионистское единство без харедим, без зависимости от арабских фракций и без крайних правых.

В качестве желательных партнёров по коалиции первое место заняла сама НДИ — 66%, затем «Яшар» и «Бэяхад» — по 51%, «Ликуд» — 39%, список Трупера и Генделя — 38%. При этом голосовать за «Яшар» намеревались 8%, за «Бэяхад» — 10%, за список Трупера и Генделя — 1%. Русскоязычный избиратель различает «партию, которой я доверю свой голос» и «партию, которую я готов терпеть в правительстве». Это делает его стратегическим, но одновременно создаёт риск голосования за малые списки около барьера.

Поколения голосуют по-разному

Стаж жизни в Израиле меняет картину почти сильнее, чем декларация «левый–правый». Среди живущих в стране не более пяти лет НДИ получила 21%, «Бэяхад» — 20%, «Ликуд» — 11%, «Яшар» — 9%, «Демократы» — 8%; 17% не определились. Среди проживших 21–25 лет НДИ получила 39%, а среди проживших 26–30 лет — 40%. У тех, кто живёт в Израиле более 30 лет, НДИ сохранила 37%, но «Ликуд» вырос до 22%. Чем новее алия, тем более конкурентным становится рынок; чем ближе биография к большой алие 1990-х, тем сильнее дуополия НДИ–«Ликуд».

Данные Израильского института демократии помогают понять причины — с учётом всех оговорок, названных выше. В целом около 48% выходцев из бывшего СССР относили себя к правым, примерно треть — к центру и 13% — к левым. Среди второго поколения доля правых доходила примерно до 65%. Среди репатриантов последнего десятилетия правыми называла себя лишь примерно пятая часть, а около трети — левыми, — но это снимок сентября 2023 года; в волне июня 2024 года та же когорта заметно сдвинулась вправо: левых стало около четверти, правых — почти треть.

На выборах 2022 года в исследуемой группе «Еш Атид» получил около четверти голосов (24%), «Ликуд» — 21%, НДИ — 17%. У новых репатриантов «Еш Атид» набрал 30% против 10% у «Ликуда» и 9% у НДИ; у второго поколения «Ликуд» был первым с 27%, «Еш Атид» и НДИ — по 14%. Это данные самоотчёта, а не результаты подсчёта голосов.

Отличаются и представления о власти. С идеей сильного лидера, который не должен считаться с Кнессетом, СМИ и общественным мнением, согласились 44% выходцев из бывшего СССР против 60% в общей еврейской выборке. Среди ветеранов алии поддержка достигала 50%, среди второго поколения — 44%, а среди новых репатриантов — только 12%. Судебную реформу негативно оценили 63% всей группы, 80,5% новых репатриантов, 63% ветеранов и 51% второго поколения. Это разрушает стереотип, будто «советский человек» автоматически требует авторитарного порядка.

При этом интеграция глубока: более трёх четвертей опрошенных чувствовали себя частью страны и общества, а около двух третей (65%) считали Израиль хорошим местом для жизни. Следовательно, политическое недовольство не означает отчуждения от государства. Русскоязычный избиратель всё чаще критикует Израиль не как внешний наблюдатель и не как временный репатриант, а как полноценный собственник израильского проекта.

Карта партий и кандидатов: ветераны, новички и русскоязычные мосты

«Ликуд»: Нетаниягу, судебная драма вокруг праймериз и исчезновение автоматической «русской квоты»

«Ликуд» идёт на выборы во главе с Биньямином Нетаниягу. Его главное преимущество — дисциплинированная партийная база, опыт мобилизации в последние недели кампании и персональная идентификация значительной части правого лагеря с лидером. Среди заметных ветеранов, ожидающих места в списке, — Амир Охана, Исраэль Кац, Ярив Левин, Нир Баркат, Мири Регев, Эли Коэн, Ави Дихтер, Давид Битан, Шломо Караи, Гила Гамлиэль и другие действующие министры и депутаты: около 36 министров и депутатов борются примерно за 16 реальных мест.

Праймериз назначены на 17 августа, окончательные результаты — 20 августа, апелляции до 23 августа. Дату переносили дважды (с 28 июля на 4 августа, затем на 17 августа), и до последнего времени она не была гарантирована. Нетаниягу заранее получил восемь резервируемых мест: семь на фиксированных позициях в первой тридцатке (3, 5, 9, 11, 18, 22, 29) и восьмое — только если «Ликуд» превысит 30 мандатов.

В ночь с 3 на 4 августа внутренний суд партии отменил согласованный формат праймериз: действующим и бывшим министрам и депутатам запрещено бороться за окружные места, для них оставлены позиции 27, 28, 30 и 31. Нетаниягу подал апелляцию. На момент публикации это главная неопределённость кампании «Ликуда».

Тот же ночной вердикт определил и категорию репатриантов: претендовать на «место оле» может тот, кто репатриировался после 1 января 1990 года. Но в 2026 году квота сама по себе уже не гарантирует доверия. Русскоязычные избиратели видят разницу между техническим местом в списке и политиком, способным влиять на гражданские браки, призыв, гиюр, пенсии и борьбу с мошенничеством против пожилых.

Для русскоязычных главным событием стало решение Юлия Эдельштейна не участвовать в праймериз «Ликуда» и начать «новый политический путь», объявленное 3 июля 2026 года. Эдельштейн — один из последних национально узнаваемых ветеранов большой алии внутри правящей партии, бывший узник Сиона, экс-спикер Кнессета и бывший министр. В июле 2025 года он был смещён с поста председателя комиссии по иностранным делам и обороне за отказ продвигать закон об освобождении учащихся ешив от службы, а затем голосовал против Основного закона об изучении Торы. Его разрыв с партийной линией создаёт для «Ликуда» двойную проблему: потерю символа интеграции алии и усиление подозрения, что коалиционные обязательства перед харедим важнее принципа равной обязанности.

В опросе Newsru «Ликуд» получил 19%; среди умеренно правых — 25%, среди радикально правых — 36%, а среди живущих в Израиле более 30 лет — 22%. У 88% русскоязычных сторонников «Ликуда» личность лидера была главным фактором. Это показывает и силу, и уязвимость партии: её русский электорат в большей степени «нетаниягуистский», чем институционально ликудовский.

НДИ: самая «русская» партия становится всё менее этнической

«Наш дом Израиль» был создан Авигдором Либерманом в 1999 году вместе с Михаэлем Нудельманом и Юрием Штерном как политический дом для большой алии. На пике в 2009 году партия получила 15 мандатов и стала третьей по величине. За четверть века она прошла путь от почти этнического списка к гибриду светской национальной правой партии: русскоязычное ядро осталось, но программный язык всё чаще адресован резервистам, работающему среднему классу, противникам религиозной монополии и избирателям, требующим жёсткой безопасности без власти харедим.

Костяк ветеранов — это шесть действующих депутатов: Либерман, Одед Форер, Евгений Сова, Юлия Малиновская, Шарон Нир, Хамед Амар. Софа Ландвер, бывший министр абсорбции и одна из самых узнаваемых фигур старой гвардии, объявила о возвращении 19 июля — но подчеркнула, что не претендует ни на место в Кнессете, ни на партийную должность, а лишь предлагает поддержку.

Партия одновременно проводит наиболее широкую среди крупных списков кампанию по набору новых лиц. Заявки кандидатов принимаются со 2 по 18 августа, после чего список должны утвердить партийные органы; следовательно, присоединение ещё не гарантирует проходного места.

Среди объявленных новичков:

• Двир Карив — 23 года в ШАБАКе, ныне педагог, преподаёт граждановедение, автор бестселлера «Ицхак» (26 июля)
• Талия Ланкри — полковник запаса, бывший заместитель главы Совета национальной безопасности по борьбе с террором, возглавляла отдел тыла в ЦАХАЛе, первая женщина-командир в «Бахад-1» (8 июля)
• Михаэль Фливерт — журналист, педагог, бывший дипломат, заметный голос общины выходцев из СНГ, сам приехал по программе «Наале» (23 июля)
• Гиль Сегаль — соучредитель и многолетний гендиректор «Еш Атид», а также бывший генеральный директор Кнессета и заместитель председателя Всемирной сионистской организации, подполковник запаса
• Шарон Шараби — брат Эли Шараби, пережившего плен, и Йоси Шараби, погибшего в плену
• Рафи Бен-Шитрит — бывший мэр Бейт-Шеана, соучредитель «Совета октября»; его сын Эльрой погиб 7 октября на базе Нахаль-Оз
• Меидан Бар — председатель ISRALPA, профсоюза пилотов гражданской авиации
• Исраэль Бен-Шитрит — капитан запаса бригады «Александрони», тяжело раненный в Хан-Юнисе (однофамилец, не родственник Рафи Бен-Шитрита)

Этот набор демонстративно не похож на «список репатриантов»: безопасность, резерв, семьи заложников, местная власть, образование и управление должны превратить НДИ в общенациональную партию.

Программа НДИ соединяет государственную комиссию по расследованию провала 7 октября как «первое решение правительства», обязательную военную или гражданскую службу с 18 лет для всех граждан независимо от религии и происхождения, письменную конституцию с ограничением премьерства двумя сроками, борьбу с дороговизной, обязательные базовые предметы в школах как условие финансирования, гражданские браки и разводы и общественный транспорт по субботам «по решению местных властей». Правительство, в которое партия готова войти, «будет состоять исключительно из сионистских партий».

Национальные опросы дают НДИ 8–10 мандатов, опрос Newsru — 35% русскоязычной аудитории. Этот разрыв доказывает, что партия по-прежнему зависит от «русского топлива», но уже не может расти только за его счёт. Её стратегическая задача — сохранить доверие ветеранов алии и одновременно доказать уроженцам Израиля, резервистам и светским правым, что НДИ — не клуб ностальгии, а работающий инструмент изменения коалиционной системы.

«Яшар» Гади Айзенкота: безопасность без Нетаниягу

«Яшар! с Айзенкотом» строится вокруг бывшего начальника Генштаба Гади Айзенкота и обещания «государственности» после лет политического хаоса. В исходную команду вошли бывшие депутаты и управленцы Матан Кахана, Орит Фаркаш-Хакоэн, Шауль Меридор, Инбар Харуш-Гити и Инбар Йехезкели. К партии присоединились бывший глава ШАБАКа Йорам Коэн и бывший координатор действий правительства на территориях Камиль Абу Рокон. Айзенкот обещает государственную комиссию по 7 октября, равенство в несении службы, ограничение нагрузки на резервистов и правительство на основе «сионистского большинства».

Ключевой русскоязычный кандидат «Яшар» — Алекс Риф, основательница и гендиректор «Лобби миллиона», много лет продвигавшая интересы выходцев из бывшего СССР. На партийной странице она сказала: «Я нахожу в “Яшар” настоящий дом для русскоязычных в Израиле, а в Гади Айзенкоте — премьер-министра, способного служить всем сердцем». Отдельного портфеля по алие и абсорбции партия за ней публично не закрепляла.

В общенациональных опросах «Яшар» получает 21–23 мандата и борется с «Ликудом» за первое место. Среди аудитории Newsru партия получила лишь 8%. Это не провал, а показатель недостроенного моста. Русскоязычные уважают военную биографию Айзенкота, но часть из них считает Либермана или Нетаниягу более решительными; другая часть видит в «Бэяхад» более ясную гражданско-либеральную альтернативу.

Шанс Айзенкота — превратить государственность из абстрактного слова в понятный русскоязычный пакет: обязательная служба, защита светского образа жизни, эффективная абсорбция и отказ от унизительной модели, при которой репатрианта вспоминают раз в четыре года. Риск — попытка одновременно закрыть все центристские ниши и оставить программу недостаточно острой для избирателя, привыкшего к прямым формулировкам.

«Бэяхад»: Беннет и Лапид делят центр, но могут выиграть новую алию

Объединение Нафтали Беннета и Яира Лапида было объявлено 26 апреля. Беннет возглавляет общий список; формальной модели ротации нет. Точное распределение проходных мест на момент публикации не опубликовано: сообщалось, что «Еш Атид» получит более 10 мест из первых 24, и что Лапид выражал готовность уступить третью позицию ради более широкого объединения. Утверждать, что он гарантированно второй, оснований нет.

Среди заметных фигур со стороны Беннета — бывшая гендиректор Минфина и Министерства транспорта Керен Тернер и бывшая гендиректор Министерства связи Лиран Авишар Бен-Хорин; со стороны Лапида — генерал-майор запаса Ноам Тибон. Йонатан Шалев — не технологический предприниматель, как иногда пишут, а 23-летний соучредитель организации резервистов «Кетеф эль Кетеф» («Плечом к плечу»), занимающейся вопросами призыва и распределения бремени; в случае прохождения он станет самым молодым депутатом в истории Кнессета.

Четвёртого августа Беннет объявил о присоединении Брурии Наим (гендиректор партии, построившей сеть более чем из 200 отделений), Эсти Кобо (бывшая глава израильской экономической миссии в Китае), адвоката Орли Харель (предпринимательница в сфере ИИ и медтеха) и Олеси Кантор — социальной предпринимательницы, основательницы организации «Лев Эш», бесплатно оказывающей психологическую помощь пострадавшим 7 октября и семьям погибших. Партия сообщила, что в её расширенной команде теперь 17 женщин; Кантор возглавляет штаб по работе с русскоязычными.

В наследуемой команде «Еш Атид» есть депутаты Владимир Беляк и Татьяна Мазарская, но до закрытия списка их позиции не подтверждены.

«Бэяхад» получила 10% в опросе Newsru и 20% среди живущих в Израиле до пяти лет. Это логично: новые репатрианты меньше привязаны к старым партийным брендам, лучше воспринимают технократический язык Беннета, помнят Лапида как лидера светского центра и сильнее обеспокоены демократическими институтами. Исследование IDI также показало, что на выборах 2022 года «Еш Атид» был особенно силён среди новых репатриантов.

Однако союз несёт внутреннее противоречие. Беннет — религиозный политик правого происхождения, Лапид — символ светского центра. Для русскоязычного избирателя такая широта может быть достоинством, если она обещает практическое правительство, и слабостью, если неясно, что произойдёт при столкновении по гражданским бракам, субботнему транспорту, судебной системе или будущему палестинских территорий.

«Демократы»: сильный леволиберальный бренд без заметного русского представительства

Партия «Демократы» провела праймериз 20 июля. Список возглавляет Яир Голан, за ним — Наама Лазими, Гилад Карив, Эфрат Райтен, Яир «Яя» Финк, Габи Ласки, Омри Ронен, Михаль Розин, Моше Радман и Сумая Башир; далее расположились Нимрод Шеффер, Моран Зер-Каценштейн, Ави Дабуш и Эмили Моатти. В голосовании участвовали около 86% из более чем 112 тысяч членов партии с правом голоса — более 97 тысяч человек, необычно высокий уровень внутренней мобилизации.

Для русскоязычного левого меньшинства «Демократы» являются естественным выбором: в опросе Newsru партия получила 42% среди умеренно левых. Но в общей русскоязычной выборке — только 4%, а в национальных опросах — около 8–10 мандатов. Главная причина — не язык, а идеологическая структура аудитории: две трети участников русского опроса отнесли себя к правым.

Дополнительный символический недостаток — отсутствие заметного русскоязычного кандидата в верхней части списка. В праймериз участвовали 51 человек, среди них раввин Биньямин Минич (реформистский раввин, близкий к Кариву) и Дима Шапира (глава отделения МЕРЕЦ в Йокнеам-Илите, бывший координатор «Чёрных флагов» на севере) — ни один из них в опубликованную верхнюю часть списка не вошёл.

Для Голана это упущенная возможность. Новая алия часто либеральнее ветеранов и резко критична к судебной реформе. Но для её привлечения недостаточно общей защиты демократии: нужны русскоязычная инфраструктура доверия, конкретная программа по Закону о возвращении, гражданскому браку, признанию дипломов, жилью и интеграции, а также кандидат, способный вести спор внутри общины, а не только переводить сообщения партии.

«Религиозный сионизм» и «Оцма Йегудит»: безопасность привлекает, религиозная повестка отталкивает

«Религиозный сионизм» возглавляет Бецалель Смотрич. По итогам внутрипартийного отбора 26 июля в верхней части списка находятся Орит Струк, Симха Ротман и Цви Суккот, также в списке Охад Таль, Омер Рахамим и Михаль Вольдигер. Национальные опросы дают партии примерно 4–6 мандатов; в опросе Newsru она получила 2%. Для части радикально правых русскоязычных важны жёсткая безопасность и идеология поселений, но для светского большинства союз с религиозным истеблишментом и позиция по разделению религии и государства являются почти непреодолимым барьером.

«Оцма Йегудит» Итамара Бен-Гвира опирается на ветеранов Ицхака Вассерлауфа, Амихая Элиягу, Цвику Фогеля, Лимор Сон Хар-Мелех, Ицхака Кройзера и Альмога Коэна. К списку присоединяется Ханамель Дорфман — начальник канцелярии Бен-Гвира, подавший в отставку из Министерства национальной безопасности около 15 июля именно ради участия в выборах. В национальных опросах партия получает 7–9 мандатов, среди аудитории Newsru — 3%, но среди радикально правых русскоязычных — 17%. Одновременно 42% участников русского опроса категорически не хотели видеть её в коалиции. Это классическая партия интенсивного меньшинства.

«Йесодот Исраэль» (Трупер и Гендель): удобный партнёр, опасный бюллетень

Здесь необходимо уточнение, которое часто теряется в публикациях. Хили Трупер и Йоаз Гендель объявили о совместном списке 7 июля, и он называется «Йесодот Исраэль» (יסודות ישראל) — партия, зарегистрированная Трупером незадолго до объявления, в которую влилась партия резервистов Генделя. Формулировка «Сионистский дом» происходит от их лозунга — «дом, где все будут служить», — а не от названия.

Среди новых имён — Шира Шапира, мать Анера Шапиры, градостроитель, и Элисаф Перец, сын Мирьям Перец, педагог, более 450 дней резервистской службы. В числе учредителей также Асаф Замир, Ифтах Рамон и Дана Ситон-Сильверман.

Партия пытается занять пространство между «Яшар», «Бэяхад» и правым центром. В последних опросах она проходит барьер с четырьмя-пятью мандатами, но иногда остаётся под ним. Среди аудитории Newsru только 1% выбрал её первым вариантом, зато 38% хотели бы видеть её в коалиции.

Это важный урок стратегического голосования. Русскоязычный избиратель может симпатизировать Труперу и Генделю, но перед урной спросит, не пропадёт ли голос из-за барьера 3,25%. Если партия уверенно закрепится выше четырёх мандатов, она может получить голоса умеренных. Если будет колебаться около порога, эти голоса уйдут к «Яшар», «Бэяхад» или НДИ.

«Кахоль-лаван» Бени Ганца: ветеран, которого вытеснили его бывшие партнёры

Бени Ганц остаётся во главе «Кахоль-лаван». Среди оставшихся известных фигур — Михаэль Битон, Алон Шустер, Пнина Тамано-Шата и Яэль Рон Бен-Моше. Эйтан Гинзбург покинул партию 5 мая. Айзенкот, Матан Кахана, Орит Фаркаш-Хакоэн и Хили Трупер ушли в новые проекты, и партия потеряла значительную часть прежнего образа «государственного центра». В последних опросах она чаще не преодолевает барьер; в измерении «Кешет-12» 3 августа её поддержка была 1,4%. Для русскоязычных она почти исчезла как самостоятельный адрес.

Проект Эрдана и Эдельштейна: заявлен, но ещё не создан

По сообщениям СМИ, Гилад Эрдан и Юлий Эдельштейн готовят новый правый список: Эрдан может возглавить его, Эдельштейн занять второе место. Заявленная логика — широкое сионистское правительство, равенство в несении службы и отказ от узкой коалиции, зависимой от ультраортодоксальных партий.

На 4 августа партия официально не объявлена и не имеет названия. По сообщению «Исраэль ха-Йом» от 3 августа, объявление может состояться в ближайшие дни, проект пойдёт без Бени Ганца — в «Кахоль-лаван» узнали об этом из прессы — и без Аелет Шакед. Называть это состоявшейся партией преждевременно.

Гипотетическая партия Эдельштейна получила 3% в опросе Newsru — около барьера, но не над ним. Её потенциальный электорат понятен: ветераны «Ликуда» российского происхождения, правые противники Нетаниягу, сторонники призыва харедим и люди, для которых Эдельштейн является символом сионистской биографии. Но это также самый опасный сценарий для анти-нетаниягуского лагеря: партия может забрать голоса у НДИ, «Яшар» и «Бэяхад», не пройти порог и тем самым помочь блоку, которому намеревалась противостоять.

ШАС и «Яадут ха-Тора»: национально сильные, русскоязычно токсичные

ШАС Арье Дери опирается на ветеранов Михаэля Малкиэли, Йоава Бен-Цура, Инона Азулая и других. Яаков Марги объявил, что не будет баллотироваться в следующий Кнессет после 23 лет депутатства. «Яадут ха-Тора» представлена Ицхаком Гольдкнопфом, Моше Гафни, Яаковом Ашером, Ури Маклевом, Меиром Порушем и Ицхаком Пиндрусом, однако внутри блока идёт борьба за лидерство, а списки утверждают раввинские инстанции — поэтому любой состав здесь предварительный.

Обе партии получают в общенациональных опросах примерно 7–10 мандатов каждая и обладают дисциплинированными общинами. В русскоязычном опросе их прямая поддержка близка к нулю; 60% не хотят ШАС в коалиции, 64% — «Яадут ха-Тора».

Это не просто культурная неприязнь. Для многих выходцев из бывшего СССР религиозная монополия имеет личные последствия: невозможность заключить гражданский брак в стране, сомнения в еврейском статусе, сложные процедуры гиюра, ограничения субботней инфраструктуры и ощущение, что их дети служат, тогда как политически влиятельная группа получает освобождение. Поэтому союз «Ликуда» с харедим — не второстепенный коалиционный вопрос, а один из главных механизмов перехода русскоязычных голосов к НДИ и центру.

Арабские партии и «Ноам»

РААМ идёт под руководством Мансура Аббаса и впервые проводит внутрипартийные праймериз — они назначены на 22 августа и пройдут независимо от Совета шуры. ХАДАШ возглавляет Юсеф Джабарин, ТААЛ — Ахмад Тиби, БАЛАД — Сами Абу Шехаде. К концу июля три партии (без РААМ) согласовали рамку объединённого списка, но зашли в тупик по распределению мест — ТААЛ предложили только вторую и девятую позиции — и передали вопрос в «согласительную комиссию» образца 2015 года. РААМ отказывается от чисто технического списка, требуя предварительных обязательств о правительстве перемен.

В опросах РААМ и ХАДАШ–ТААЛ обычно получают по 4–6 мандатов, БАЛАД отдельно чаще остаётся под барьером (0,8% в опросе «Кешет-12» 3 августа). Прямая русскоязычная поддержка минимальна, но отношение к их возможной внешней поддержке правительства может определить коалицию.

Партия «Ноам» Ави Маоза выступает за консервативную религиозную политику и в большинстве опросов не проходит барьер самостоятельно; Маоз заявляет, что пойдёт до конца. Для основного русскоязычного электората, поддерживающего гражданские браки и разделение религии и государства, она находится почти на противоположном полюсе.

Кто ветераны, а кто новые лица

К ветеранам кампании относятся Нетаниягу, Либерман, Лапид, Беннет, Ганц, Дери, Гафни, Гольдкнопф, Смотрич и Бен-Гвир — лидеры, уже занимавшие министерские посты или много лет определявшие партийную систему. Эдельштейн, Ландвер, Малиновская, Форер, Сова, Беляк и Мазарская представляют разные поколения русскоязычной парламентской интеграции. Айзенкот сравнительно новый партийный лидер, но не новый государственный деятель: его политический капитал основан на десятилетиях военного командования.

Настоящие новички 2026 года приходят преимущественно из четырёх сфер: безопасности и разведки; резервистского движения; семей заложников и пострадавших 7 октября; гражданского протеста и общественных организаций. Двир Карив, Талия Ланкри, Йорам Коэн и Камиль Абу Рокон несут профессиональный авторитет силовых структур. Шарон Шараби, Рафи Бен-Шитрит, Исраэль Бен-Шитрит, Олеся Кантор и Шира Шапира несут биографическую связь с национальной травмой. Алекс Риф представляет переход от общественного лоббизма к партийной политике. Моше Радман, Яя Финк и активисты «Демократов» превращают протест в список кандидатов. Йонатан Шалев и Элисаф Перец представляют резервистское поколение.

Но слово «новый» не гарантирует независимости. Пока партии не опубликуют места, часть громких присоединений может оказаться рекламным слоем без реального шанса войти в Кнессет. Для русскоязычного избирателя правильный вопрос — не только «есть ли наш кандидат», но и «на каком он месте, какую комиссию получит, какие пункты вошли в обязательства лидера и может ли он голосовать против партийной дисциплины».

Нужна ли в 2026 году отдельная русскоязычная партия?

Если под «русской партией» понимать список, предлагающий голосовать за него лишь по языку происхождения, ответ почти отрицательный. В опросе Newsru гипотетический новый список, построенный именно на русскоязычной идентичности, получил пренебрежимо малую поддержку. Намного важнее были лидер, безопасность, религия и государство, экономика и идеология. Второе поколение давно голосует внутри общего израильского рынка, а новые репатрианты не хотят автоматически наследовать партийный выбор алии 1990-х.

Но если под такой партией понимать политическую силу, переводящую опыт алии в универсальную программу, ответ положительный. Гражданский брак нужен не только «русским», равная служба — не только детям репатриантов, защита пожилых от мошенников — не только русскоязычным пенсионерам, признание дипломов и снижение бюрократии полезны всей экономике. Именно поэтому НДИ остаётся актуальной в 2026 году не вопреки своему отходу от этнической модели, а благодаря ему.

Русский язык тоже не потерял значения. Он уже не определяет бюллетень, но определяет доверие, доступ к информации и явку. Человек может считать себя полностью израильтянином и всё равно читать анализ по-русски, обсуждать политику с родителями на русском и ожидать, что кандидат способен отвечать без переводчика. Отказ партии от русскоязычной инфраструктуры — это не доказательство интеграции, а добровольная потеря контакта с сотнями тысяч граждан.

Поэтому уместнее говорить не о «русской партии», а о русскоязычном политическом представительстве. Оно должно включать кандидатов на реальных местах, постоянные штабы между выборами, программу для разных волн алии и готовность говорить о разногласиях внутри общины — о России и Украине, судебной системе, арабских гражданах, религии, экономике и войне.

НДИ сегодня остаётся главным носителем такого представительства, но монополии у неё больше нет. «Яшар» строит мост через Алекс Риф, «Бэяхад» — через Олесю Кантор и наследие русскоязычных депутатов «Еш Атид», «Ликуд» сохраняет квоту, а возможный проект Эдельштейна пытается вернуть либерально-правого репатрианта. Конкуренция полезна: она заставляет партии предлагать содержание. Одновременно она повышает риск распыления голосов между списками у барьера.

Четыре сценария русского голосования

Первый — мобилизация НДИ. Либерман сохраняет около трети активной русскоязычной аудитории, превращает её в высокую явку и добавляет светских израильских избирателей. Тогда НДИ способна превысить нынешний диапазон 8–10 мандатов и стать обязательным партнёром любого неультраортодоксального правительства.

Второй — возвращение к «Ликуду». Если безопасность полностью вытеснит тему призыва и религии, а Нетаниягу убедит правых, что только он способен управлять государством в кризис, часть ветеранов алии вернётся. Именно на такую позднюю мобилизацию рассчитывает «Ликуд». Но союз с харедим и уход Эдельштейна ограничивают потолок.

Третий — поколенческий переход к центру. Новая алия и молодые русскоязычные распределяются между «Бэяхад», «Яшар» и «Демократами». Тогда старое понятие «русского сектора» окончательно теряет электоральный смысл, хотя русский язык остаётся каналом кампании.

Четвёртый — потерянные голоса. Появляются новые правые списки Эрдана и Эдельштейна или других фигур, несколько партий остаются около 3,25%, а избиратели голосуют сердцем вместо оценки барьера. В такой ситуации десятки тысяч русскоязычных голосов могут не участвовать в распределении мандатов. При разнице между блоками в один-два мандата это способно решить выборы без всякого изменения идеологических предпочтений.

Итоговый вердикт

Выборы 2026 года — не референдум о том, нужна ли русскоязычным «своя» партия. Это референдум о том, кто сумеет представить их сочетание требований: безопасность без политической безответственности; сионизм без религиозной опеки; сильное государство без бессрочного лидера; равные обязанности без коалиционных исключений; интеграция без стирания языка и памяти.

На старте кампании НДИ имеет явное преимущество внутри активной русскоязычной аудитории. «Ликуд» сохраняет глубокую лояльность правых ветеранов. «Бэяхад» особенно опасна для конкурентов среди новых репатриантов и центристов. «Яшар» обладает самым сильным общенациональным импульсом, но должен превратить уважение к Айзенкоту в конкретное русскоязычное доверие. «Демократы» имеют доступ к либеральному меньшинству, однако недооценивают значение представительства.

Главной переменной останется явка. Политический вес русскоязычных определяется не тем, сколько партий выпустят ролики на русском, а тем, сколько граждан поверят, что их голос изменит состав коалиции.

Самый точный вывод можно сформулировать так: отдельная этническая партия в старом смысле устаревает, но русскоязычная политическая повестка остаётся более актуальной, чем когда-либо. Её победителем станет не тот, кто чаще произнесёт слово «алия», а тот, кто сумеет соединить безопасность, гражданское равенство, экономическую компетентность и реальную возможность сформировать правительство после 27 октября.

Источники

1. Центральная избирательная комиссия: дата выборов в Кнессет 26-го созыва
2. Newsru.co.il, «”Русские” голоса: ожидание коалиции национального единства. Итоги опроса», 19.07.2026
3. Израильский институт демократии, «Опрос выходцев из бывшего СССР по вопросам общества, религии и государства», 11.09.2024 · полный отчёт (PDF)
4. Алекс Тенцер, «Оппозиция спит — а русский голос уже проснулся», Ynet, 20.06.2026
5. ЦСБ: население Израиля накануне Дня независимости 2026
6. Программа партии «Наш дом Израиль»
7. Партия «Яшар! с Айзенкотом»: Алекс Риф
8. «Гаарец»: внутренний суд «Ликуда» отменил формат праймериз, 04.08.2026
9. Ynet: Эдельштейн не участвует в праймериз «Ликуда»
10. КАН: объявление об объединении Беннета и Лапида, 26.04.2026
11. Ynet: новые кандидаты «Бэяхад», включая Олесю Кантор, 04.08.2026
12. Mako: итоги праймериз «Демократов», 20.07.2026
13. Ynet: объявление о создании «Йесодот Исраэль», 07.07.2026
14. КАН: переговоры арабских партий об объединённом списке
15. Индекс опросов ХаМадад · Агрегатор skarim.org

Материал подготовлен редакцией Svodka24. Все данные приведены по состоянию на 4 августа 2026 года. Опросы отражают момент публикации и не являются прогнозом результата выборов 27 октября.