Барав-Мьяра требует доказательств: конфликт с Зини вокруг допроса лидеров арабских партий

Глава Шабака Давид Зини требует допросить с предупреждением председателя РААМ Мансура Аббаса, лидера ТААЛЬ Ахмеда Тиби, председателя БАЛАД Сами Абу Шахаду и ещё одного депутата Кнессета от арабской партии, чьё имя запрещено публиковать. Сообщение впервые появилось в эфире i24NEWS, после чего его подтвердили Ynet и Walla.

В центре проверки — подозрение, что структуры, связанные с Катаром и Турцией, финансировали кампании, направленные на неправомерное влияние на общественное мнение и на характер голосования на выборах 2026 года. Пока речь идёт именно о подозрениях: следствия, предъявленных обвинений или выводов о подделке результатов на этом этапе нет.

По данным Ynet, материалы юридическому советнику правительства Гали Барав-Мьяре переданы только в отношении неназванного депутата — по его делу, со слов источников, существует широкий консенсус относительно существенности доказательств, и его допрос с предупреждением ожидается. Что касается Аббаса, Тиби и Абу Шахады, Барав-Мьяра потребовала представить доказательства против каждого, прежде чем санкционировать их допрос, — и эти материалы представлены не были. Это ключевой узел всей истории: вопрос не в том, следует ли проверять иностранное вмешательство, а в том, каким порогом доказательств должна быть обеспечена установка избранных политиков в статус подозреваемых.

Отдельный спор — правовая квалификация. Зини настаивал, чтобы расследование целиком классифицировали как уголовное дело в сфере безопасности: это открыло бы Шабаку расширенные следственные средства, включая прослушку, сбор данных о связи и в определённых условиях ограничение встречи подозреваемого с адвокатом. Барав-Мьяра назвала такую приписку заранее незаконной: по закону граждан и избранных должностных лиц нельзя расследовать инструментами контрразведки без представления доказательств, а часть подозрений — например, о получении взятки на выборах, — вообще остаётся в плоской уголовной плоскости. Судья Ноам Сольберг, возглавляющий Центральную избирательную комиссию, предложил компромиссную формулировку, которая и попала в итоговое заявление: у подозрений «может быть аспект безопасности», а «подозрения остаются подозрениями; для отмены результатов выборов нужны веские доказательства».

Показательна и процессуальная сторона: хотя в начале недели было решено создать совместную следственную группу Шабака и полиции, спецслужба до сих пор не передала материалы, и полицейская часть расследования фактически не началась — при том, что Зини называл дело срочным. На заседании с Барав-Мьярой и Сольбергом он, по сообщению Ynet, не смог сразу вспомнить фамилию Аббаса, когда перечислял, кого намерен допрашивать. Разрыв между громкой публичной риторикой о срочности и отсутствием переданных материалов — то обстоятельство, которое практически всегда остаётся за кадром перепечаток, но именно оно определяет, сможет ли дело вообще продвинуться.

Конфликт быстро вышел в публичную плоскость. Барав-Мьяра в редком для своей должности жёстком заявлении подчеркнула: «В правовом государстве нельзя расследовать граждан и избранных должностных лиц без доказательств, оправдывающих это», и призвала Шабак представить доказательства, если они есть. Она также говорила о «целенаправленных утечках» против себя и заверила, что «каждый, кого нужно допросить, будет допрошен». Зини, по сообщениям, жаловался Сольбергу, что юридический советник саботирует расследование. Параллельно политическая эскалация шла своим чередом: на встрече представителей правящего блока присутствовала Сара Нетаньяху, заявившая, что «у нас крадут страну», а «иностранные государства проникли и крадут наш суверенитет».

Реакции арабских партий последовали в тот же вечер. Мансур Аббас заявил, что «попытка очернить арабское общество недопустима», и что он и РААМ не боятся никакого расследования и готовы явиться перед любыми правоохранительными органами в соответствии с указаниями юридического советника. «Хадаш-ТААЛЬ» и БАЛАД в совместном заявлении назвали Зини «политической рукой Нетаньяху», который «сорвался с катушек», и пообещали не позволить превратить голоса сотен тысяч арабских граждан в «угрозу безопасности».

Осторожный вывод для избирателя: сейчас спор идёт не о фактах вмешательства, а о том, кто и на каких основаниях вправе запустить следственный аппарат против избранных политиков после выборов, чей результат оспаривается. Пока материалы существуют лишь против одного неназванного депутата, а полиция дела не получила, любое заявление о «краже выборов» опережает доказательную базу. Дальше всё зависит от того, предъявит ли Шабак документы, которые Барав-Мьяра публично потребовала, — от этого зависит и судьба расследования, и доверие к его беспристрастности.