«Хамас убил моего мужа и сына»: Сабину Таасу встретили враждебными выкриками на показе «Назы»

Конфликт произошёл в четверг вечером во время показа фильма «Наза» в Дельфте, неподалёку от Гааги. Сабина Тааса, чей муж Гиль и 17-летний сын Ор были убиты 7 октября, приехала в Нидерланды вместе с представителями израильской организации «Ад кан». Другие её дети получили тяжёлые ранения при нападении.

В начале показа глава «Ад кан» Авихаи Шоршан попытался с помощью портативного проектора вывести на экран кинотеатра кадры нападения Хамаса 7 октября. По утверждению организации, несколько зрителей помешали ему продолжить демонстрацию.

После этого Тааса поднялась на сцену и обратилась к создателям фильма Ювалю Аврааму и Рахели Шор, хотя они на мероприятии не присутствовали. «Посмотрите мне в глаза. Вы говорите о сопутствующем ущербе? Моего мужа и моего сына убил Хамас. Где это в вашем фильме?» — сказала она.

Несколько зрителей ответили ей выкриками «Нам всё равно», «Стыдитесь» и «Уходите отсюда». Эти реплики приводят присутствовавшая на показе организация «Ад кан» и израильские СМИ. Последовавшая перепалка показала, насколько конфликтным становится разговор о представлении войны, когда личное свидетельство сталкивается с уже сформировавшимися позициями аудитории.

После инцидента Тааса заявила, что создатели картины «прославляются за счёт наших погибших — наших солдат и наших детей». По её словам, она считает своей миссией борьбу с антисемитизмом и стремится изменить сложившийся нарратив. Шоршан назвал фильм лживым и заявил, что организация продолжит противодействовать распространению антисемитизма в Европе. Это оценки самих участников акции, а не установленная характеристика фильма или реакции всей аудитории.

На произошедшее отреагировал лидер нидерландской оппозиции Герт Вилдерс. Он напомнил, что Ор Тааса был убит на пляже Зиким, а Гиль Тааса погиб, заслонив двух младших сыновей от гранаты. Вилдерс назвал реакцию зрителей бессердечной и написал: «Толпа может заглушить голос. Она не может заглушить правду». Его публикация также содержала резкие политические обвинения в адрес левых сил и их отношения к исламу.

«Наза» изображает события войны, а протест Таасы был направлен против того, какое место в этой картине занимают убийства 7 октября. Инцидент в Дельфте может указывать на то, что спор вокруг фильма затрагивает более широкий вопрос о памяти о нападении Хамаса в европейском публичном пространстве. Однако речь идёт об одном показе и выкриках нескольких зрителей, поэтому переносить их реакцию на всю нидерландскую или европейскую аудиторию было бы неоправданно.

Для самой Таасы этот эпизод мог стать болезненным подтверждением того, насколько трудно донести историю её семьи до части публики. Одновременно формат заранее конфликтного вмешательства в показ едва ли оставлял много пространства для спокойного разговора. Создатели картины не присутствовали и непосредственно ответить на её претензии не могли.